vare4ka70 (vare4ka70) wrote,
vare4ka70
vare4ka70

Categories:

Крымские воспоминания

О своем хорошем вкусе я уже тут писала. Теперь речь пойдет об остроумии. Знаете, почему у меня такое хорошее чувство юмора?
Потому что каждое лето, в течение более 20 лет (ну хорошо, вычтем первые семь, в течение которых я не читала журналы), мы приезжали на каникулы в Крым и к моему приезду дедушка готовил мне две годовые подшивки юмористических журналов: русский "Крокодил" и украинский "Перецъ". В течение трех месяцев я рассматривала карикатуры, читала фельетоны, развивая чувство юмора и заодно овладевая азами украинского - понять-то надо было, над чем смеяться. Целыми днями во двое ворковало радио, рассказывало новости попеременно то на русском, то на украинском, консолидируя полученные мною знания.

Так вот, оставив в стороне самолюбование (надеюсь, моя ирония не будет растолкована превратно), мне захотелась поделиться кое-какими воспоминаниями на предмет Крыма.  В них - ноль политики и еще меньше полемики, поэтому, если интересно, под катом - приличных размеров текст:
Когда любишь какое-то место, с которым тебя связывают добрые воспоминания, трудно быть объективным. Сейчас понимаешь, что это был бедный, запущенный регион,  процветавший отдельными участками, в которых напрямую были заинтересованы центральные власти.
В  детстве же Крым казался сказочным местом -  прекрасные пейзажи, добрые люди, постоянно раздутый живот от съеденных ведрами фруктов, и полчемодана обновок, которые по осени везлись домой, в предвкушении похвастаться перед одноклассниками. Парадоксально, но в  Крыму (говорю об одном населенном пункте под Симферополем) иногда можно было прикупить вполне себе модные вещи. В задрипанных сельпо и унылых универмагах иногда "выкидывали"  импортный, в основном, венгерский товар, так как Симферополь являлся побратимом какого-то там венгерского города. Также в Крыму продавали сладкие кукурудзяны палiчки, томатное мороженое и газировку "Ореховая", которые в России не встречались.
Очень радовал книжный магазин - иногда там удавалось выхватить какой-нибудь бестселлер или красивую детскую книжку. На прилавках свободно лежали также другие книги с вожделенными названиями, но они были на украинском языке, поэтому так быстро не раскупались.
С продуктовыми магазинами наблюдалась тоскливая ситуация. Молоко, масло, сыр и творог завозили с утра, и к полудню местные жители сметали все подчистую. Даже не скажу "сметали с прилавков", потому что на прилавки ничего не попадало. В мясном магазине помню свисающие с потолка ленты,  с прилипшими на них мухами, а также стоящую у кассы тарелку с  жидкостью, с плавающими в ней мухами. И все. Где брали серьезную еду крымчане, жившие без подсобных хозяйств - для меня до сих пор загадка.

Большинство домов в поселке принадлежало частному сектору. Надо сказать, что уже в ту пору дома отличались друг от друга настолько сильно, что наводили на мысль о реальном положении дел при социализме. Про дом моего дедушки я уже писала. Но он, скорее, был исключением. В основном, дома были добротны, хорошо построены, отделаны и ухожены. И вообще, что касается ухода - даже самая бедная, затрапезная хатка была побелена и приведена в порядок, окружена фруктовыми деревьями и многочисленными цветами, поэтому не производила впечатление бедности и безысходности, по крайней мере, летом.
Вода в Крыму была  солоновата на вкус и часто поступала с перебоями. В сельской местности особых проблем не наблюдалось, но, например, в Симферополе ее давали по несколько часов в день, поэтому у многих дома всегда присутствовали наполненные водой кастрюли и бутылки. Мой дедушка изначально презрел все удобства, поэтому  мы пользовались колонкой, стоявшей в саду. Вокруг нее было мокро и склизко, водились здоровенные мокрицы и как-то раз я увидела там медведку - настоящее исчадие ада. Также у нас не было и канализации - вместо нее две уборные "М" и "Ж", но в уборной "Ж" дедушка для приличия установил муляж унитаза.

В середине отпуска мы ездили на море. Престижное море, лучшие пансионаты, все достопримечательности и тусовки находились на Южном берегу. Бюджетное море было в  Евпатории, но у него имелся большой плюс: оно было мелким и теплым, и до него можно было доехать на поезде. Там у нас обретались родственники, сдающие на лето каждый квадратный сантиметр своего дома и двора, как, впрочем, и все остальные жители побережья, - сдача жилплощади отпускникам была их неиссякаемым источником дохода. Условия были спартанскими, хозяева часто вымещали на своих квартирантах накопившуюся за год злобу к горожанам, брюзжа на предмет разбазаривания воды и газа. Но, в принципе, все умудрялись отдыхать весело и с удовольствием - навсегда утерянное чувство.
Когда была возможность, мы отдыхали в хорошем ведомственном пансионате. Вообще, на побережье, куда не плюнь, все принадлежало кому-то другому, а не местному населению. В алупках-алуштах, да и на курортах помельче, теснились бок о бок разные санатории, пансионаты и дома отдыха - собственность разных министерств, ведомств, НИИ и пр. Наш пансионат приналежал энергетической отрасли экономики, был большим, красивым, полным привлекательных мест типа зала игровых автоматов и танцплощадки. Летом его наводняли трудящиеся со всего Советского Союза: народ поважней  жил в коттеджах, народ попроще - в больших корпусах-муравейниках. Социальные слои перемешивались только в морской воде, ибо даже на пляже, по купальникам, сумкам и полотенцам, было видно, кто как в жизни устроился.
Иногда мой дядька возил нас на экскурсии по Крымскому берегу. Мы посетили много разных красивых мест.  Во многих  поражала запущенность и безалаберное отношение к памятникам старины. Помню одну церковь на обрыве - она была загажена и исписана вдоль и поперек. Было много мусора, хотя, вроде, в ту пору не существовало ни чипсов, ни пластиковых бутылок.  Это был суровый советский мусор из промасленных газет и пустых бутылок.

Крымская история была скроена из недомолвок и рассказанным полушепотом воспоминаний. Во время оккупации о немцах сохранились самые неприятные впечатления - мама рассказывала, как они расхаживали голыми по двору, справляли нужду на виду у всех, отнимали продукты питания у населения, не говоря уже о периодических расстрелах неугодных режиму.
Также рассказывали про крымских татар: они вкусно готовили, содержали дома в идеальной чистоте, и, справляя нужду, омывали необходимые части тела из специальных кувшинов, к великому изумлению славянских соседей. Потом татар взяли и за две ночи увезли в неизвестном направлении.
Были в Крыму и корейцы. Когда у наших соседей вдруг пропал огромный черный пес, было единогласно решено, что пса выкрали корейцы на полакомиться.
При большом скоплении разномастного народа все жили на удивление дружно - по крайней мере, так казалось непосвященным людям. Большая часть разговаривала, скорее, на смеси русского с украинским - полного милых словечек и остроумных прибауток.
Как обычно бывает, все многонациональное население перенимала друг у друга различные привычки и обычаи.
Симбиозом культур  являлись обильные застолья - украинские борщ, галушки и вареники с вишнями, под рюмочку русской "Столичной". После чего пелись вперемешку разные песни, русские и украинские,  из которых у меня особо хорошо получалась " Ты ж мэнэ пидманула", но водку я не пила, естестенно. О собственной этнической принадлежности вспоминали только тогда, когда задевались за живое материальные интересы. В противном случае родословная никого не интересовала.

И, как обычно, все национальности традиционно  сплачивались, чтоб обмыть кости  какой-нибудь Розе Моисеевне.

Tags: Крым, детство
Subscribe
promo vare4ka70 august 19, 15:48 71
Buy for 20 tokens
Сезоны здесь считают астрономически, не календарно, поэтому лето заканчивается не первого сентября, а где-то в двадцатых его числах. Август - период отпусков, обязательных и желанных. К середине августа города пустеют - все перебираются в места отдыха, а кто вынужден остаться в городе, тем не…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 57 comments